Рок. И посох в песках оружие. Том третий. Смерть как избавление - Юрий Швец

Он метнулся в сторону, откуда они прискакали, но враг уже обходил их… Там путь был отрезан! Свободным оставался только тракт…

– На тракт, на тракт! – закричал он и бросил коня туда.

Вслед ему, из схватки вырвалась пятёрка всадников. Они стали подниматься на откос холма, вдоль которого шла дорога… За ними, вырвавшись из рубки, последовали ещё несколько пар всадников…

Вот, Никон, почти достиг края откоса подъёма на тракт, как вдруг солнце заблестело, отражаясь от чего-то наверху? На них, сверху, цепью, с копьями на перевес кинулись воины в блестящих, глухих шлемах и с такими же блестящими, большими, круглыми щитами… Никон, бросил поводья, стремясь дать лошади как можно больше свободы, для ухода от набегавших… Но, перед ним оказался высокий гоплит с алой повязкой на руке. Его копьё сделало какой-то невероятный зигзаг и последнее, что почувствовал Никон, как сталь наконечника, погрузилась в его бок, убив в нём весь окружающий мир… Небо разверзлось яркой вспышкой боли, а следом пришёл всепоглощающий мрак…

– …Сколько у нас убитых и раненых? – воин в белом плаще, повернулся к своим, когда последний из врагов, был повержен и сброшен с лошади.

– У нас пятеро ранены, шестеро убиты! У Ферона ранены все. Несколько раненых не выживут, Гасдурбал. Это уже понятно сейчас. – Подошёл к нему, один из его воинов. – Спартиаты не понесли потерь.

Воин, которого назвали Гасдурбалом, повернул голову в сторону, куда снесли раненых и увидел, что спартиаты уже оказывают им помощь. Рядом с ними, он увидел сидящего на траве Ферона. Тот склонился над лежащим на траве, видимо, раненым воином. Там же присела пара спартиатов. Рядом с лежащим воином, у изголовья стояла лошадь, опустившая голову и обнюхивающая своего седока… Гасдурбал направился к ним.

– …Лежи, Актих, лежи! – услышал Гасдурбал, голос Ферона, – Всё будет хорошо!

– Нет… Уже не будет… – ответил воин слабеющим голосом. Говорил он, через паузу, видимо, силы оставляли его, – Меч задел основной канал крови… Я уже чувствую, холодные щупальца Кер… их поползновения …по моему телу… Жаль… Я хотел после этой войны, остаться с Ирис… не получилось… Не вышло… – Актих, вдруг, приподнял голову, почувствовав прикосновение губ своего коня, – Ферон! Береги моего коня! Отдай его стоящему, опытному воину… Не новичку… какому-нибудь… – Актих уронил голову на руки спартиатов, – Тот загонит его ещё… А я к нему привык… А, мой хороший!… Сколько, мы уже вместе с ним… Всё было… всё прошли… Но, всё же, мы отогнали Таната от всех!… Выстояли до прихода помощи…

– Брось, Актих! Соберись! Сейчас же, соберись! – говорил Ферон, а сам прижимал рану Актиха, – Мы ещё погуляем на твоей свадьбе с Ирис! И Таната, мы, уже не раз, отгоняли от своих ран!

– Нет… На этот раз он сел на меня прочно… А Керы, подвластные своей жажде, вытягивают из меня последние остатки крови…

Конь словно понимая, что его старый друг уходит от него навсегда, шагнул ближе, и стал облизывать лицо Актиха.

– …А!… Вот и всё, мой хороший… Пришла пора прощаться… Меня ждёт Фока… Скучно ему там… Всё, брат! Теперь, без меня… Прости… если я чем-то обижал тебя!… Прости…

Конь ещё сильнее прильнул к лицу своего товарища… Ферон, не имеющий сил вынести эту муку прощания, отвернулся в сторону… По его щукам текли слёзы… Гасдурбал стоял в двух шагах, горечь была и в его груди…

– Ферон… – Актих вновь обратился к нему, – я заметил, как ты смотрел на Ирис… Честно, мне это было немного неприятно… Но, сейчас, я даже этому рад!… Может, что у вас и получится… Не обижай её… Ей и так досталось от жизни… Запомни мои слова…

В этот момент, к ним подошли ещё два воина Ферона и опустились на колени около Актиха… Все были ранены… Превозмогая боль, они прощались с товарищем, трогая его кудри и лоб…

– А, мои друзья!… – Речь Актиха стала очень тихой, слабость одолевала его, – Я проваливаюсь куда-то… Ну вот… Кто теперь будет заботиться о вас?… Над кем, вы, будете подшучивать?… Вы были хорошими товарищами… Очень хорошими…

Губы Актиха стали пересыхать… Ему дали напиться… Сделав несколько глотков, он отодвинул губы от желудка верблюда с водой и произнёс:

– Эту войну я не пережил… жалко… Помните, меня! Не забывайте… Фока…

Это последнее, что сказал Актих. Лицо его застыло, перестав вздрагивать. У всех троих, его молодых спутников, глаза переполнились слезами и капли, покатившись из глаз, беспрепятственно стали смывать с лица брызги крови беспощадной схватки, унёсшей жизнь их товарища… Гасдурбал, тяжело вздохнул и повернулся к подошедшему Хариклу.

– Ну, что были здесь те, кто тебе нужен? – спросил он того.

Харикл, молча указал на оторванную оборку плаща убитого Никона, подвязанную на копьё.

– Значит, не зря мы сюда неслись! – заметил Гасдурбал, – Чутьё не подвело тебя, Харикл!

– Ты провёл бой очень отважно и умело! Я наблюдал за тобой. – Заметил Харикл, – Враг по численности превосходил Вас, но твоя атака сравняла силы! Это было очень расчётливо. Ты, достоин своего дяди! Я, видел, как сражался он в Сицилии!

– Спасибо, Харикл! Приятно слышать похвалу из уст такого воина, очень сладко для слуха! – Гасдурбал улыбнулся, – Но, не я герой этой схватки. Настоящие герои все вот здесь! Около их умершего от раны товарища! А, умерший воин, превзошёл храбростью и умением, героев легенд!

Харикл внимательно посмотрел на Гасдурбала.

– Ты говоришь, как опытный, мудрый человек! Это очень хорошее качество, для будущего военачальника. Но, надо торопиться, к посту! Иначе, умерших будет больше. Раны надо обмыть и обработать.

– Да-да! Ты, как всегда прав, Харикл! Всё! Берём раненых и умерших, и трогаемся по тракту в сторону поста Афокла! Там лекарь. Помогите, Ферону и его воинам сесть на лошадей! Он и его воины – настоящие герои! Четвёркой атаковать турму! Тут не просто храбрость, здесь место доблести! Их необходимо вовремя доставить к лекарю. Харикл? А, что же ты? Почему Вы, не садитесь на лошадей?

Гасдурбал, удивлённо посмотрел на спартиатов.

– Спешите, Гасдурбал! Наши пути здесь расходятся! Мне ещё надо поговорить вот с этими, – Харикл кивнул и его воины, вытащили из кустов пару пленных из отряда Никона. В одном, Гасдурбал узнал сбитого им наземь Афрона. Я, надеюсь, мы ещё встретимся, мой юный Друг!

Гасдурбал избежав простительных слов, кивнул в ответ и вывел отряд на тракт. Вскоре, всадники исчезли за гребнем…

Харикл повернулся к пленным…

Глава 2

Лейла сидела на краю того самого карниза, с которого рассмотрела сестёр, которые стали пленницами пещер много веков, а может и тысячелетие назад. Она грустно смотрела на гладь расположенного внизу озера… Зеркальная поверхность воды, позволяла видеть свод пещеры и отражённые стены грота. В отражении она видела часть небосвода, который проглядывал сквозь пробитое чем-то окно в своде скалы, в глубине которой находился грот. Отверстие, странным образом напоминало рубленный рубец, в полностью, когда-то запечатанном своде. Лейла тяжело вздохнула… Она чувствовала грусть, глядя в это проглядывающее световое пятно неба и свободы… Все её попытки спуститься к озеру не увенчались успехом. Она всё время попадала в одно и то же место – в грот, где её содержали в плену берберы. Эти безуспешные попытки выйти к озеру, конечно же, подорвали её веру вырваться из пещер вообще… Западня была сделана добротно, со знанием дела… Это была западня Бога. Лейла это поняла из разговоров сестёр, кои так часто выплывали из озера и сидели на берегу. Сёстры, расчёсывая волосы, говорили о многом, чего Лейла так и не поняла, но единственное, что она поняла, это то, что Бог запер себя здесь и никого сюда не впускал, даже своих братьев и сестёр, из таких же Богов…

Теперь, Лейла не уходила почти с грота, даже засыпая здесь, привалившись спиной к скале карниза. Но, просыпалась всегда в одном и том же месте – в гроте своего плена…

«– Что это значит? – думала она, смотря на гладь озера, – Почему мне доступно только несколько гротов этих пещер? И почему больше не показывается тот, кто так напугал меня? Да и сёстры, последнее время, куда-то исчезли? Я поняла так, что они его глаза в этом мире! Получается, раз их нет, значит, он за кем-то наблюдает? За кем?»

Лейла вздохнула и подняла свой взгляд на разрез свода пещеры.

«– Богиня Астарта! Ты говорила тогда со мной! А, теперь, не подаёшь никаких знаков. Почему? Я прогневала тебя чем-то? – Лейла прислушалась к себе, но ничего не услышав, вновь вздохнула, её мысли потекли в несколько ином направлении, – Молчит. Прошлый раз она беседовала с тем, кто удерживает меня здесь. Я так и не поняла зачем? И ещё одно, что я заметила в последнее время? Я перестала видеть сны! Я засыпаю, а снов не вижу совсем! Будто их кто-то поглощает во тьме?! Это страшное место!»